Недобросовестный кредитор, блокируя любые попытки Клиента согласовать график погашения имеющейся задолженности и перевести угрозы в цивилизованный диалог с взаимным уважением деловых интересов и в нарушение достигнутых предварительных договоренностей, заключил договор цессии с некой организацией, передав последней все подлинные документы и сведения, являющейся конфиденциальной информацией. Кроме того, в данном договоре цессии стороны установили, что предметом права требования является сумма неосновательного обогащения в размере 14 000 000 руб., перечисленная в счет оплаты за выполнение общестроительных работ и монтажа инженерных систем по договору подряда. При этом стороны в упомянутом договоре цессии безапелляционно отметили (без судебных решений), что договор подряда является незаключенным, так как не согласованы существенные условия.

В дальнейшем компания–цессионарий заявила к Клиенту иск на 15 685 736 руб., в т.ч. 1 685 736,60 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. Юристы АСК успешно реализовали стратегию процессуальной защиты, доказав, что условие Договора строительного подряда, признанного судом заключенным, в котором «стороны обязуются не разглашать, не передавать и не делать каким-либо еще способом доступными третьим организациям и лицам сведения, содержащиеся в документах, оформляющих взаимодействие сторон в рамках контракта, иначе как с согласия сторон» прямо соотносится с положением статьи 388 ГК РФ, в соответствии с которым «не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника».

Суд доводы Ответчика поддержал, установил, что передача цессионарию первоначальным кредитором подлинных документов и сведений, как-то: договора строительного подряда со всеми приложениями, дополнительными соглашениями, платежно-расчетных документов и пр., относящихся к исполнению упомянутого договора, без согласия должника, для которого личность первоначального кредитора имела важное значение, является неправомерной, а договор цессии – недействительным. В иске было отказано. Следует отметить, что первоначальный и новый кредиторы отказались от предъявления новых требований к клиенту.